«Дайте оленеводу Якутии оленей и пастбища!»
Вице-президент ассоциации «Оленеводы мира» бьет тревогу
«Дайте оленеводу Якутии оленей и пастбища!» – такой простой призыв прозвучит на Международном семинаре «ЕАЛАТ», который пройдет в феврале в селе Хатыстыр Алданского района. Представитель всех пяти народов, занимающихся оленеводством в республике, вице-президент ассоциации «Оленеводы мира» Мария Погодаева привезет на семинар проект, который может стать актом справедливости по отношению к коренным малочисленным народам Севера, огромным стимулом для сохранения их образа жизни, развитию самобытности, культуры и экономики. Подробнее об этом в интервью с корреспондентом ИА SakhaNews Сардааной Барабановой.
- Мария Петровна, миссия проекта вполне понятна, а как он может, по-вашему, реализовываться?
- В последние годы в Якутии были приняты кардинальные меры по государственной поддержке оленеводства и оленеводов в рамках президентской программы развития села до 2011 года. С начала ее реализации ежегодно оленеводческие хозяйства начали получать хороший прирост оленей. И все-таки до сих пор оленеводы республики находятся на краю бедности, они не могут удовлетворить жизненные потребности на минимальном уровне в пище, одежде, имеют ограниченный доступ к социальным благам в образовании, культуре и здравоохранении.
В селах мест компактного проживания коренных малочисленных народов Севера наблюдается высокий уровень безработицы и это несмотря на нехватку оленеводов. И для того, чтобы искоренить все эти проблемы, мы предлагаем следующий механизм – обеспечение господдержки восстановления частного оленеводства. Для реализации данного проекта финансовых расходов никто не понесет.
В настоящее время нельзя допускать приватизацию оленей в силу того, что многие оленеводы могут забить оленей на продажу. В нашем проекте мы предлагаем в течение пяти лет оленеводам и чум-работницам передавать в собственность по десять тугутов-самок, которые уже на второй год жизни будут давать приплод.
На шестой год оленеводы будут возвращать оленей («кредит») уже тугутами-самцами, которые через год-два пойдут на забой для мяса. В конце реализации проекта, то есть через десять лет, каждый оленевод будет иметь по триста голов собственных оленей. Передача оленей не означает раздробление оленеводческих хозяйств на мелкие. Наоборот, имея своих оленей, оленевод может намного улучшить свои тяжелые условия, выйти на другой, более благоприятный, уровень качества жизни. Сегодня оленевод получает 7260 рублей, и то нам говорят, что мы лежим и “кушаем” деньги. Я сама работала в оленеводстве и знаю, как люди там живут.
- Вы более десяти лет бьетесь за жизнь оленеводов, уверены ли, что проект найдет поддержку в правительственных кабинетах?
- На самом деле, проблемы оленевода можно решить очень легко – для этого не надо быть доктором наук или профессором. К сожалению, мало кто понимает глубину проблемы, сколько раз я стучалась в кабинеты, писала письма, сколько встретила равнодушия… И только благодаря поддержке президента республики Вячеслава Штырова ситуация более-менее стабилизируется, сейчас не то, что было в 90-годы. Когда рухнула советская система, оленеводу было крайне туго. Мы чуть не потеряли оленеводство.
В конце прошлого года я встречалась с министром сельского хозяйства – Романом Дмитриевым. К моей большой радости, министр поддержал мои инициативы. Это был такой неожиданный подарок перед Новым годом, потому что я «таскаю» эту ношу уже более десяти лет.
В частности, речь идет о строительстве жилых домов для оленеводов. Почему оленевод все время должен жить в дырявой палатке? Сегодня есть все условия, для строительства домов прямо на пастбищах. Каждая семья должна жить отдельно. Если будет свой красивый дом – почему бы не работать в удовольствие?
Сейчас мы готовим для минсельхоза все расчеты – по лизингу оленей и строительству домов. Если все решится, то не будет счастливее человека, чем оленевод.
На сегодняшний день мы остановили спад оленеводства, но дальше надо думать – на перспективу. Тут уже другие меры должны быть приняты. Во-первых, на федеральном уровне должен быть решен вопрос выделения оленеводам в бессрочное безвозмездное пользование оленьих пастбищ. Почему волнуемся? Потому что с 1 января 2010 года вступает в силу Земельный кодекс, по которому мы, оленеводы, должны будем брать в аренду свои родовые пастбища, а это 85 миллионов гектаров. Если гектар земли будет стоить даже один рубль, откуда мы возьмем 85 миллионов? Сегодня мы сами живем на птичьих правах и с протянутой рукой.
- Если каждый оленевод вырастит по триста оленей, то само собой исчезнет и проблема безработицы?
- Конечно. Если в семье будет большое стадо оленей, никто же не будет сидеть, сложа руки. Круглый год человек обеспечен работой. Сегодняшняя статистика говорит, что в каждом селе компактного проживания коренных народов Севера имеется около ста безработных, которые просто не имеют возможности выехать в районный центр и встать на учет. Из-за безработицы наблюдается очень плохая криминогенная ситуация – у людей нет будущего. В прошлом году министерство здравоохранения республики организовало медосмотр в рамках I международного семинара «Еалат», который проходил в селе Тополиное Томпонского улуса, в результате которого ни одного здорового оленевода не оказалось: обследовали 265 человек, нашли 277 болезней.
- Недавно в республике был принят закон «О кочевых школах». Насколько он может благотворно повлиять на жизнь коренных народов?
- Говорят, что чем меньше оленевод будет знать, тем дольше он будет жить в тайге. Мы не согласны с этим. Мы хотим, чтобы наши дети получали качественное образование, были всесторонне развиты, вместе с тем уважали свой традиционный уклад жизни. По крайней мере, чтобы они не шарахались от своих родителей, чтобы любили и ценили культуру своего народа.
В глазах международного сообщества это ведь очень ценное наследие – умение жить в арктических просторах. Мне бы хотелось, чтобы в кочевых школах была специальная дисциплина о правах коренных народов, чтобы у них с малых лет было желание вести традиционный образ жизни. Ведь сегодня российское образование вынуждает нас стремиться к городу, отрицать уклад жизни своих предков. А что в городе – ни жилья, ни работы, человек просто попадает в свою иллюзию.
Мы хотим вернуть позитивное отношение к своим корням, истокам. Хотя бы тем оленеводам, которые там живут. Образованный оленевод – он сам сможет выстроить свою экономику, жизнь, создать себе любые условия, защищать свои интересы.
И второе. Мы хотели бы, чтобы именно в нашей республике был построен Учебный центр традиционных отраслей Севера для Дальневосточного региона. У нас поделочного материала много – рога, камни, кости, кожа, бисер. Якутия – очень уникальный регион в России, здесь занимаются оленеводством представители пяти северных народов: чукчей, долган, юкагиров, эвенов и эвенков. Есть все зоны ведения оленеводства: тундра, лесотундра, горная тайга и таежная зона. Наша республика вполне может стать центром оленеводства.
- Мария Петровна, с реализацией на территории Якутии мега-проектов, того же ВС-ТО, идут бесконечные разговоры о нарушении прав коренных малочисленных народов…
- Вполне обоснованные разговоры. Должно быть цивилизованное решение проблем. Государству следует добросовестным образом консультироваться и сотрудничать с коренными народами, через их представительские учреждения, для того, чтобы получить их свободное согласие, основанное на полной информации. Государству также следует обеспечить действенные механизмы для должного и справедливого возмещения любой деятельности, необходимо принять соответствующие меры для уменьшения отрицательного воздействия на окружающую среду, экономическую, социальную, культурную и духовную жизнь.
Сейчас же все происходит наоборот – с нарушением всех прав коренных народов. Мы, может, молчали бы, если бы на этих землях мы жили столетия назад, но ведь мы и сейчас там живем. С этой нефтетрубой коренным народам нанесли такой большой моральный ущерб, когда рана зарастет, неизвестно.
Раз Россия стремится выглядеть цивилизованной страной, она и должна быть такой. С нами должны считаться, не игнорировать, не забывать, садиться за стол переговоров и принимать нас в соуправление этими ресурсами. Почему тогда мы должны пьянствовать и вымирать? Если будут выполняться все условия, почему мы будем постоянно обижаться? Естественно, мы обижаемся, когда с нами не считаются, идут по нашим головам.
Мы не сеем национализм, просто хотим, чтобы знали, что мы такие же люди, как все.
Recent Comments